​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Правозащитники намерены защитить «скорую»

Правозащитники намерены защитить «скорую»

18.04.2016

Совет по правам человека при президенте направил главе Минздрава Веронике Скворцовой письмо с предложениями изменить систему оплаты скорой помощи: сегодня она работает так, что бригады всё чаще должны ездить на вызовы за свой счет.

По словам секретаря СПЧ Яны Лантратовой, в регионах люди жалуются, что им иногда приходится ждать по 7–8 часов. И это не вина сотрудников «скорой».

— С того момента, как оплату труда сотрудников скорой помощи перевели под систему ОМС, происходит следующее. Недавно в Екатеринбурге был ложный вызов, когда сказали, что заминирован аэропорт. Выехало 18 бригад скорой помощи, в том числе около восьми реанимобилей. Они были обязаны стоять на месте почти восемь часов, пока все проверили и сделали вывод, что сигнал был ложным, — рассказала «Известиям» Яна Лантратова, возглавившая в понедельник постоянную комиссию СПЧ по общественному контролю в социальной сфере. — Но этот вызов в систему ОМС не входит. В отчетность системы ОМС подобные случаи не включаются, равно как пожары и другие чрезвычайные ситуации, на которых врачам не приходится оказывать помощь, поскольку обходится без пострадавших. Чтобы труд бригады оплатили, нужен пострадавший, которому оказана помощь. При этом он должен быть зарегистрирован в системе ОМС.

То есть вызов к иностранцу или человеку без документов тоже не будет оплачиваться, а при этом отказать в помощи пациенту, жизнь которого под угрозой, врач по закону не имеет права. Всё это приводит к тому, что бригады «скорой» неохотно выезжают на некоторые вызовы, выясняют, как будет оплачен бензин и их труд, а иногда и вовсе могут отказаться.

В Москве был случай, когда врач травмпункта, наложив пациенту гипс, вызвал «скорую», чтобы отправить его в больницу. Вызов в ОМС не оплатили, поскольку помощь не была оказана: вот если бы врач скорой помощи снял гипс, а потом наложил новый, тогда у страховой не было бы никаких вопросов.

— В итоге серьезные врачи не идут работать в скорую помощь, ощущается нехватка кадров. Страдают пациенты, страдают медики, которые не получают денег, но при этом именно им высказывают все претензии. И это вопрос к Минздраву, чтобы система была изменена: фонд ОМС должен платить по факту приезда «скорой». Ну или хотя бы пусть учитываются чрезвычайные ситуации, — считает Лантратова. — Совет по правам человека планирует заседание по здравоохранению, где я также поставлю вопрос о скорой медицинской помощи, — подытожила глава комиссии.

— Проблема существует, — подтвердил «Известиям» президент Лиги защиты пациентов Александр Саверский. — Это недоработка ФОМСа. Именно он устанавливает тарифную политику. Но в каждом регионе есть тарифное соглашение между ФОМСом и региональными властями. Никто не мешает региону включить в соглашение этот пункт (выезд скорой помощи на ЧП без учета оказания медицинской помощи. — «Известия»). Странно, что этого не происходит.

Член Общественного совета при Минздраве, исполнительный директор «Объединения частных медицинских клиник и центров» Сергей Лазарев напомнил, что вопрос о переводе «скорой» на другую систему финансирования нашел отражение в послании президента к Федеральному собранию в конце прошлого года.

Глава государства поручил тогда решить вопрос о ее финансировании из региональных бюджетов. Однако когда чиновники выполнят это поручение, неизвестно. По мнению Сергея Лазарева, дотянуть могут и до декабря, лишь бы только успеть до следующего послания.

В пресс-службе Минздрава «Известиям» пояснили, что президент поручил премьер-министру «рассмотреть вопрос о предоставлении субъектам Российской Федерации права на финансирование скорой медицинской помощи за счет бюджетных ассигнований бюджетов субъектов Российской Федерации».

У субъектов есть такое право — они могут финансировать медпомощь сверх базовой программы ОМС, говорят в Минздраве.

Впрочем, финансирование из региональных бюджетов мало что изменит: по данным Сергея Лазарева, практически во всех субъектах средств на здравоохранение не хватает, а примерно в двух десятках регионов недофинансирование достигает 75%.