​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Когда врач в ловушке. «Скорая» вместо боксерской груши?

02.03.2017

 
Людмила Максимова 
  

Когда врач в ловушке. «Скорая» вместо боксерской груши?

Совсем недавно в Саратове фельдшера чуть не изнасиловали на вызове. В Оренбурге тоже все чаще происходят неприятные инциденты. Что может защитить медиков от пациентов?

Большинство людей уважительно относятся к докторам «скорой», но все чаще возникают конфликтные ситуации.
Большинство людей уважительно относятся к докторам «скорой», но все чаще возникают конфликтные ситуации. © / Александр Фирсов / АиФ

 

 

 

В последнее время общественность все чаще поражают случаи нападения на бригады скорой помощи. Корреспондент «АиФ в Оренбурге» выяснял, как можно защитить медработников.

До суда

За последний год в Оренбуржье произошло около шести нападений на членов бригад скорой помощи. По два в Орске, Новотроицке и Оренбурге.

В конце января бригада скорой помощи приехала на переулок Почтовый, 5 областного центра. Диспетчер передал врачу, что девушка здесь вскрыла вены. Она вышла навстречу и прошла в машину для оказания помощи. На деле оказалось, что у нее порезан палец на руке. В это время в карету попытались забраться нетрезвые посторонние мужчины. Водитель заблокировал машину. Те стали ломиться. Водитель «скорой» сообщил диспетчеру о нападении. Тут же подтянулись коллеги и скрутили хулиганов. Медики написали заявление в полицию, сейчас в деле разбираются следственные органы.

На прошлой неделе в Центральном суде Оренбурга вынесли приговор по другому случаю. В августе прошлого года на прибывшего на вызов фельдшера напал больной. Мировой суд признал мужчину виновным и назначил ему штраф в размере пяти тыс. рублей.

«Центральный суд Оренбурга решил взыскать в пользу фельдшера компенсацию морального вреда в размере 15 тыс. рублей и расходы по оплате услуг адвоката в размере пяти тысяч рублей. Решение суда не вступило в законную силу», - сообщила Анастасия Афанасьева, пресс-секретарь Центрального районного суда Оренбурга.

К сожалению, не каждая подобная ситуация доходит до суда. На деле медработнику сложно доказать, что его жизнь находилась под угрозой.

С пистолетом наголо?

Марат Рафиков* отработал фельдшером на «скорой» пять лет. Ему очень нравилась эта служба: интересная работа, разные медицинские случаи. Здесь можно получить большой профессиональный опыт. Но когда появился более выгодный вариант по заработной плате, ему пришлось уйти из скорой помощи. 

«Некоторые из нас идут на вызов и переживают, вернутся здоровыми или нет. Каждый вызов непредсказуем - неизвестно, с кем ты столкнешься. Хотя большинство людей сопереживают и помогают медработникам, последние нередко сталкиваются с агрессией. Часто возникает недопонимание. Мы стараемся избегать конфликтных ситуаций, но иногда приходится выполнять функции боксерской груши», - рассказал фельдшер.

 

Девушкам на «скорой» тяжелее, считают врачи. Если мужчина еще может пресечь грубость, то слабый бол часто оказывается беззащитным. На женщину легче надавить морально. Обычно диспетчеры предупреждают бригады о строптивых пациентах. Человек хотя бы примерно знает, что его ждет. Но не всегда это можно предугадать или заподозрить.  

Нередко в обществе всплывают идеи вооружить медработников. Однако они сами относятся к этому скептически. Во-первых, психологически сложно выступить против больного с оружием. Во-вторых, им нужно уметь пользоваться и успеть достать в нужный момент, иначе его могут направить против самого медика. Не будешь же входить в квартиру к людям с пистолетом или газовым баллончиком наголо - так пациенту и до инфаркта недалеко!

Кто пойдет на таран?

А сколько неудобства и агрессии встречают бригады в пути. Два года назад бригада скорой помощи в Оренбурге оказывала на трассе помощь, и проезжающий автомобиль сбил медиков. Оренбургские врачи рассказывают, что в районе Степной в некоторые дворы просто невозможно заехать - все уставлено машинами. «Скорую» приходится оставлять на углу, и идти пешком, а потом еще и тащить на себе пациента. Нередко кареты с красным крестом не пропускают на дороге. Или происходит обратная ситуация: при включенной мигалке у участников движения что-то срабатывает в голове, и все резко тормозят, в итоге движение перекрыто.

« Как правило, когда машина едет с маячками, нам уступают путь. Но иногда и мы сталкиваемся с хамством, в основном во дворах... Въезжаем во двор. Возле нужного подъезда может стоять легковой автомобиль. Водители на нас не реагируют, оставаясь на месте, либо начинают бешено сигналить и показывать оскорбительные знаки в нашу сторону, - рассказывает Лилия Грачева, врач станции скорой медицинской помощи Орска. - Пару лет назад у нас был неприятный случай. Одному очень нервному молодому человеку не понравилось, что автомобиль скорой помощи помешал ему проехать по узкому двору. Подойдя к водителю, он нецензурно стал требовать освободить проезд. Когда же ему спокойно объяснили, что медики скоро выйдут и повезут в больницу тяжелобольного ребенка, мужчина специально заблокировал выезд кареты из двора, угрожая расправой. В это же время из подъезда вышли врач с фельдшером, держа ребенка на руках. Оскорбления продолжались до тех пор, пока «хам» не услышал, что на место конфликта вызвали полицию. Ждать разбирательства было некогда, и, как только недовольный водитель освободил проезд, машина «скорой помощи» помчалась в больницу. Что удивительно, эти же самые владельцы автомобилей в ожидании «неотложки» будут возмущаться и удивляться, почему так долго ехала «скорая помощь».

Таранить машины, как то порой предлагают законотворцы, не вариант, считают медработники. Они сомневаются в том, что, действительно, страховая компания и владелец оставленного автомобиля будет оплачивать ремонт двух машин, а не водители «скорых».

Неприкасаемые

Осенью прошлого года Министерство здравоохранения РФ приступило к работе над законопроектом об ужесточении наказания за нападение на медработников. Поправки в Уголовный кодекс, возможно, сделают врачей «неприкасаемыми», как и полицейских.

«Я положительно отношусь к этой идее. Учитывая нынешнюю ситуацию и современный менталитет, мы осознаем, что действуем без какой-либо защиты, в отличие от сотрудников полиции, которые имеют хоть какие-то законодательные гарантии. Кроме того, полицейские чаще всего работают в паре. Мы же обычно выезжаем одни и оказываемся лицом к лицу с опасностью, к тому же, раньше полицейских, и не имеем ничего против», - отмечает Марат Рафиков.

«Часто нам, медикам, говорят в лицо: «Вы знали, куда шли!» Да, мы знали, куда устраивались. Мы выбрали профессию спасать людей. Сознательно выбирая службу на скорой помощи, были готовы к тому, что много часов будем проводить в дороге. Нам не привыкать подниматься на высокие этажи либо спускаться в подвалы. Мы мужественно оказываем помощь на дорогах, когда случаются страшные ДТП и спасатели буквально вырезают части исковерканных машин, доставая пострадавших. Мы можем принять роды в пути, встретив новую жизнь. Мы можем прямо в машине проводить реанимационные мероприятия, запуская остановившееся сердце. Потому что это наша работа. Но мы не рассчитывали на хамское отношение в свой адрес. Медики стали обезличенными, не имеющими права не то что на ошибку, вообще ни на какие эмоции и действия. Не случайно последние годы в Интернете появился шутливый хэштэг #тыжврач, подразумевающий мыслимые и немыслимые обязанности медиков без права на ошибки и человеческие потребности. Например, недавно была очередная жалоба на меня от одной недовольной родственницы больного. Одним из пунктов претензий было то, что наша машина остановилась не у нужного подъезда, а чуть дальше», – говорит Лилия Грачева.

В службе скорой помощи серьезная нехватка кадров. Бригады недостаточно укомплектованы, причем преобладают фельдшерские. Не каждый готов пойти на тяжелую работу, но вдвойне сложнее сталкиваться с хамством и агрессией, считают врачи. Некоторые, придя после училища на станцию, отработав первое дежурство, уходят насовсем. А поскольку все чаще происходят неприятные инциденты, люди позволяют себе угрожать или оскорблять медработников, ситуацию срочно нужно менять. Необходимо хотя бы законодательным образом вернуть людям в белых халатах уважение. Кроме того, предусмотреть их защиту в случае нападений. В противном случае спасать будет просто некому. Надеемся, новая законодательная инициатива не останется под спудом.

* - Имена изменены.

ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Докажи, что напали

Михаил Семенов, врач Оренбургской «Клинической станции скорой медицинской помощи»*.

- Надо чтобы у людей в головах что-то изменилось, а то они только знают свое: «Вы обязаны», «Вы давали клятву Гиппократа». У большинства потребительское отношение. Я сомневаюсь в эффективности решения приравнять врача к полицейскому. Нормальные люди не будут нападать на «скорую помощь». Остальным будет плевать, есть такой закон или нет. Если человек пьяный, то он все равно не соображает.

Кроме того, попробуй докажи, что на тебя напали. У меня есть друзья в полиции, так вот им не так легко доказать то, что на них напали, если нет слишком тяжелого увечья. Врач приходит в чужую квартиру, его встречают пациент и его родственники, естественно, они не станут свидетельствовать против себя? Другое дело, если на теле останутся синяки, или кто-то на камеру заснимет, или найдутся свидетели - все это труднодостижимо. Поэтому подобные дела так редко доходят до судов.

КОМПЕТЕНТНО

Не можете воспитать - защитите

Людмила Варавва, председатель Оренбургской областной организации профсоюза работников здравоохранения РФ:

- Если мы не можем воспитать население, надо защищать медработников. Начинать нужно с малого - хотя бы со страхования бригад. Как только стали происходить такие случаи, мы начали страховать членов бригад скорой помощи, состоящих в профсоюзе. Но страховая компания всячески старалась признать случай нестраховым, уменьшить коэффициент тяжести. В результате перечисленных за два года 220 тыс.рублей выплаты составили всего 26 тыс.рублей. Кроме того, максимальная выплата - 50 тысяч, а этих денег может быть недостаточно при серьезной травме. Мы приняли решение о единовременной материальной помощи в связи с полученной травмой. От профсоюзной областной организации мы выплачиваем  компенсации взависимости от тяжести травмы и профсоюзного стажа.

Руководитель станции «скорая медицинская помощь» города Орска уже четыре года как застраховывает весь персонал. На Оренбургской станции в этом году провели дополнительное страхование. Но я так понимаю, что они пойдут по тому же пути, что и мы в профсоюзе: то есть неизвестно, что в итоге смогут получить медики? Ведь выплата компенсации предусмотрена только при наличии физической травмы, психическо-эмоциональные травмы - не возмещаются. Страхование должно проходить на государственном уровне. Неоднократно профсоюз обращался в госдуму, правительство, к президенту о необходимости страхования медиков за счет государственных, а не региональных средств, и введения уголовной ответственности за нападение на медперсонал при исполнении должностных обязанностей. На региональном уровне необходимо решить и отработать вопрос о присутствии на вызове бригады скорой помощи участкового полицейского. От этого, я думаю, выиграют все.