​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Неужели лепру победили: что ждет астраханский и единственный в России НИИ по изучению лепры в ближайшее время?

Неужели лепру победили: что ждет астраханский и единственный в России НИИ по изучению лепры в ближайшее время?

16.11.2020

Астраханская областная организация профсоюза работников здравоохранения РФ выражает озабоченность дальнейшей судьбой астраханского Института лепры, его научных сотрудников, медицинских работников и пациентов.

ФГБУ «Научно-исследовательский институт по изучению лепры» Министерства здравоохранения РФ единственный в нашей стране. Начиная с 1926 года, здесь не только успешно лечат это инфекционное заболевание у пациентов всего Нижнего Поволжья, но и изучают причины его возникновения, наиболее успешные методики лечения и меры по предупреждению лепры. Сюда до сих пор ездят за опытом представители медицинского научного сообщества не только из России, но и из стран зарубежья.

Созданный еще в СССР и сохраненный до настоящего времени на базе Института лепры лепрозорий, где оказывается специализированная медицинская помощь таким больным, уникален: наука в тесном взаимодействии с практикой – вот что из себя представляет сегодня НИИ.

Всего же в нашей стране, помимо астраханского, функционирует еще три лепрозория (но в них оказывается только специализированная медпомощь, а научные исследования там не проводятся): Терский, где лечатся больные с Северного Кавказа, Абинский на Кубани, для местных уроженцев, и, наконец, совсем маленький лепрозорий в Сергиевом Посаде для жителей всей остальной (северной) части нашей страны.

Для справки

Лепра - хроническая генерализованная инфекционная болезнь человека, вызываемая микобактериями лепры, характеризующаяся поражением кожи, слизистых оболочек, периферической нервной системы, внутренних органов.

Относится к числу древнейших из известных заболеваний человека. Существует мнение, что лепра входила в группу кожных болезней, описанных в древних папирусах, датированных 1500 - 1000 лет до н. э.

Возбудитель заболевания лепры, микобактерия leprae была открыта норвежским ученым Герхардом Хансеном в 1873 году.

Сейчас лепра является эндемическим заболеванием в более чем 100 странах мира, при этом ежегодно регистрируется порядка 200 000 новых случаев, и более 4 миллионов человек имеют инвалидизирующие осложнения. Заболеваемость лепрой в РФ носит спорадический характер, однако за последние годы число новых случаев заболевания существенно увеличилось. Если ранее каждые 5 лет регистрировался один новый случай лепры, то за последние 5 лет только в Астраханском регионе выявлено 12 больных лепрой. В нынешнем году – 4 новых случая.

Почему НИИ лепры был создан именно в Астрахани?

Лепрой в древности болели часто, зачастую целыми семьями. Исторически так сложилось, что по территории современной Астраханской области проходил шелковый путь, кочевники занесли сюда лепру. Заболевание прогрессировало, количество больных увеличивалось. Уже в Средние века возле каждого крупного города был свой лепрозорий.

Именно Астраханская губерния еще в конце 19 века стала крупнейшим очагом лепры, и в 1896 году на окраине города был создан временный приют для прокаженных. Больных там посещали фельдшер, санитар и врач. Но этого оказалось мало, и к 20-ым годам XX столетия появилось осознание того, что необходимо создавать самостоятельный институт для комплексного изучения проблем лепры и разработки противолепрозных мероприятий. В 1926 году построили крупнейший в стране клинический лепрозорий. А спустя два десятилетия, уже после Великой Отечественной войны, на его базе создали НИИ - научное учреждение по изучению лепры.

Астраханская область по-прежнему оставалась крупнейшим в стране очагом лепры, на долю которого в разные периоды приходилось от 30 до 60% всех зарегистрированных больных в стране. Также сыграло свою роль и наличие подготовленных кадров - лепрологов среди сотрудников клинического лепрозория и Астраханского медицинского института.

Разве лепру победили?

В 50-х годах прошлого века произошел настоящий прорыв в лечении болезни. Ученые разработали эффективные препараты сульфонового ряда, которые успешно начали бороться с лепрой. И здесь не обошлось без астраханских медиков, которые проводили клинические испытания.

Уже к середине 70-х все приложенные усилия принесли ощутимые плоды: первичная заболеваемость лепрой стала неуклонно снижаться, в то же время значительно увеличилась средняя продолжительность и улучшилось качество жизни больных. По данным на 60-е годы, в СССР было более 2,5 тысяч болеющих лепрой, сегодня в России их чуть более двухсот, из которых более 60% - жители нашей Астраханской области.

Вакцины от лепры не существует. И это факт. Однако еще в 90-х годах прошлого века ВОЗ обещала искоренить лепру к 2000 году, потом к 2020-му. Но, увы.

Сейчас в мире выявляется порядка 200 тысяч новых случаев в год. Из них 75% случаев – в Индии, 30 тысяч заболевших – в Бразилии, дальше Индонезия, африканские страны. Согласно отчету ВОЗ, в 2018 году на всю Европу пришлось 50 новых заболевших, из них несколько – в России. И большинство, как всегда, в Астраханской области. Наш регион, к сожалению, исторически является эндемичным.

Астраханские лепрологи говорят о том, что в последние годы стали выявлять все новые случаи заболевания.

Только здесь, в астраханском НИИ могут распознать эту грозную болезнь, чей инкубационный период порой длится десятилетиями! До сих пор нередки случаи, когда пациентов годами «лечат» от чего угодно, но только не от лепры. И в лепрозорий такой человек попадает уже на крайней стадии заболевания, глубоким инвалидом.

Реорганизовать и точка

Еще пять лет назад Институту Лепры существенно снизили финансирование, мотивировав решение тем, что новых случаев заболевания за последние годы выявлено не было. Дальше – больше: два года назад Минздрав РФ отнес Институт лепры к третьей категории научных организаций с формулировкой «утратившего научную деятельность в качестве основного вида деятельности и перспективы развития».

Но как можно сравнивать столичные НИИ, где ежедневно проводят высокотехнологичные операции по новейшим методикам вкупе с исследованиями по различным нозологиям и Институт лепры, где исследуют и лечат больных с единственным заболеванием годами и также годами контролируют состояние контактных пациентов?!

Научная жизнь здесь не останавливалась никогда: с успехом продолжается защита кандидатских диссертаций, в работе – получение патентов на изобретения. В том же 2018 году здесь, в астраханском НИИ лепры представили новейшую тест-систему, которая позволяет определить, болеет ли человек лепрой или нет всего за сутки. Эта разработка с успехом может быть использована в миграционной службе. Разве это не новое достижение?

Вариантов дальнейшего развития событий предложили три: смена руководства, реорганизация, либо присоединение научных сотрудников к Астраханскому ГМУ. В этом случае судьба медицинских работников и самих пациентов так и не разъяснена. Хотя последних обещали перевести за 700 км в Терский лепрозорий. Что же будет с уникальным научным фондом самого НИИ Лепры – тоже непонятно. Неизвестно и то, как быть с дальнейшей реабилитацией больных лепрой, без которой у них возможен рецидив болезни. Трудно представить, что они (а это зачастую тяжелые пациенты преклонного возраста) будут несколько раз в год ездить в Терский лепрозорий. Но все эти вопросы, похоже, волнуют только самих сотрудников Института, но никак не федеральных чиновников.

Что же касается двух оставшихся вариантов со сменой руководства или реорганизацией Института – все также покрыто завесой неизвестности.

И сами пациенты, и сотрудники Института пытались бороться. В открытых письмах они обращались и к Президенту, и в Министерство здравоохранения РФ. Ответом стал приезд федеральных чиновников, но вот о том, какое решение принято в итоге, снова молчание.

Не так давно ВОЗ назвала новый девиз стратегии борьбы с лепрой: к 2030 году прийти к нулю но новым случаям заражения! Так может быть уже оставить астраханский НИИ без пресловутых реорганизаций и дать медикам в тесном взаимодействии с научными сотрудниками продолжать свою кропотливую ежедневную работу, вытаскивать пациентов из лап этой древней и очень сложной болезни? Но это вопрос уже скорее риторический…

Вместо постскриптума

Неужели ситуация с новой коронавирусной инфекцией, которая обнажила все «болевые точки» в современном здравоохранении и в частности в инфекционной службе – нас так ничему и не научит? Так ли необходимо сейчас проводить реорганизацию или разделять и без того маленький коллектив, вернее одну большую семью, которой они стали за все эти годы из научных сотрудников, медиков и их пациентов? Уничтожить годами созданный успешный опыт лечения – легко, а что потом?

И кто сейчас даст гарантию и где мы будем искать виноватых, когда вдруг (не дай бог) лепра снова даст знать о себе новыми масштабами заболевания. А наш регион вернет себе горькую славу «самого крупного очага» лепры...